Thursday, April 25, 2013

фотограф из ЮАР Диллон Марш/ Dillon Marsh


Диллон Марш (Dillon Marsh) – южно-африканский фотограф, о котором рассказал Esquire.
South Easter:
«Каждое лето Кейптаун принимает гостя – порывистый юго-восточный ветер. Долгие годы сильный ветер заставлял деревья гнуться в одном направлении.

Я сфотографировал эти двенадцать деревьев в пригороде, у северных склонов горы Тэйбл (Table Mountain, буквально «Столовая гора», с вершиной плоской, как столешница). Эта территория открыта наиболее безжалостным порывам ветра».

Tuesday, April 23, 2013

Наталья Нестерова - 69 / artist Natalia Nesterova - many happy returns!

«Искусство должно поднимать человеческий дух, а не разрывать душу на части».
- художник Наталья Нестерова -


Сегодня отмечает день рождения замечательный человек и удивительный художник Наталья Игоревна Нестерова. Далее - прямая речь, цитаты из её интервью:

*
Я просто работаю, потому что жизнь художника – это не слава и выставки, а работа. А известность зависит от кураторов, от того, что за выставки они делают, от их личного вкуса. Многие занимаются саморекламой. Я – нет. Во-первых, я художник, а не оратор. Во-вторых, чтобы заниматься саморекламой, нужно знать, как это делается, и иметь к этому склонность. Я же не имею ни того, ни другого. Предпочитаю, чтобы эту функцию за меня выполняли кураторы и галереи. В-третьих, мне это уже не надо – на меня работает время.

*
С каждым годом в Москве остается всё меньше друзей. А человеческие потери невосполнимы. Иногда так оглянешься и понимаешь, что диалог-то вести не с кем. А вообще мне слышать рассуждения о том, что живопись умирает, больно. Потому что я родилась в доме, заполненном картинами, живопись – это моя жизнь. Для меня признать, что она умерла, значит то же, что убить своих предков.

*
Когда на выставках современного искусства я вижу очень много отталкивающих работ, я всегда думаю, что у этих художников что-то не сложилось в детстве. Потому что как иначе объяснить, что их больше интересуют плевки и помойки, чем деревья и небо. Мимо всех этих физиологичных ужасов современного искусства я всегда прохожу, закрыв глаза.

*
Самое сложное, но и самое важное для художника – стать узнаваемым. Нужно придерживаться некой последовательности. Хотя все зависит от индивидуальных качеств человека, у кого-то разбрасывание превращается в стиль. Но для меня все-таки главное – узнаваемость. Это когда вы идете по большой выставке и вдруг поворачиваете голову, потому что этот художник вам знаком и он вас притягивает. У художника должен быть внутренний стержень и должно быть что-то, что он хочет сказать зрителю, причем не с натугой, а с легкостью. Русским художникам не хватает легкости. От русских всегда исходит страдание.

*
Человек всюду проник. От него никуда не денешься. Он постоянно порождает зло и несправедливость. Он, мне кажется, - самое страшное животное. Он всё разрушает. И себя. В массе особенно.
Я плохо думаю о толпе, массе, очереди, собрании, обществе. А хороших людей как не любить. Этого, который въезжает в Иерусалим на осле, я люблю. А человеческую икру, которая Его предает, – нет.
В молодости я была жестче и решительнее. И моя нелюбовь к людям всегда выражалась в картинах. А теперь эта нелюбовь усилилась, но я ее скрываю под маской воспитанности. (Смеется) 
Существование отдельных добродетельных людей меня восхищает, я перед ними преклоняюсь. Но это никак не меняет моего общего отношения к человечеству.

*
Суть моих работ на протяжении 10-15 лет почти не меняется.
Наверное, только живописцы и композиторы могут существовать в любых местах земного шара.

*
Москву я уже совершенно не воспринимаю. Город моего детства, город моей юности исчез. У нее был свой облик. А сейчас Москва мне кажется провинциальной и безликой.

*
Для меня жизнь — это просто трагедия. А маскарад — способ прикрыть трагедию, надеть веселую маску на искаженное лицо.
Я натура не артистичная, внутри очень скованная. Да и карнавал по своей сути трагичен. Он заканчивается, и остаются только растоптанные маски, туфельки и, наверное, сердца…

*
Надо делать, как можешь. Вот и Ван Эйк подписывал свои картины словами «Как умею».

*
Бабушка моя говорила: «Не идешь вперед, идешь назад». Чем меньше человек работает, тем труднее ему заставить себя двинуться дальше. А если он что-то постоянно делает, ему становится легче. И важен не результат, а сам процесс.

*
У меня бывает восхищение от того, что вижу. Вот недавно в Довиле на французской Атлантике видела лошадей, запряженных в повозку, бегущих краем моря, а за ними — маленькая собачка. Все у меня трепетало от этого невероятного зрелища.

*
В роли амазонки я себя не вижу. Не представляю себе, как можно сидеть на теле прекрасного животного. Жалко его. Есть люди, которые не любят прикосновения — меня прямо будто ударяет током. Может, это происходит по причине моей внутренней напряженности, застенчивости. Я даже никогда не сидела на чьих-то коленях. К тому же амазонки были воительницами, а я пацифист. У меня все животные — любимые, даже пауки.

*
Свою жизнь я не представляю без моей работы. Она поглощает мое воображение, чувства, мысли. Я думаю о ней всегда, где бы я ни находилась, что бы ни делала, что бы со мной ни происходило в разные моменты моего существования.

О Наталье Нестеровой;
интервью с Юрием Ростом и журналу Огонек;
интервью 2004 года

Thursday, April 11, 2013

Гены веса, нюх крови/ sence of smell, overweight and other issues

Гены и нервы ожирения

Авторы работы протестировали 2595 человек (мясоедов, вегетарианцев и строгих веганов), каждый из которых проходил кардиологическое обследование. Оказалось, что вкусы пациентов связаны со склонностью к кардиологическим заболеваниям: чем больше человек ест богатой карнитином пищи, то есть мяса, птицы и молочных продуктов, тем выше риск инфарктов и инсультов, в том числе со смертельным исходом. Ученые также показали, что вкусы в еде влияют на состав флоры кишечника, мясная диета меняет соотношение микробов в пользу тех, что синтезируют токсичный ТМАО (триметиламин-N-оксид) из карнитина.
Всё это лишний раз доказывает, насколько сложно и элегантно устроена жизнь: одна и та же молекула жизненно необходима внутри клетки и вредна, если ею пичкать организм в неестественных количествах. А значит, еще одной чудо-таблеткой, якобы сжигающей жир и заряжающей энергией, теперь меньше.

Не подвергающиеся сомнению способы похудения – бег и ходьба, оказывается, мало чем друг от друга отличаются в смысле пользы для здоровья. Авторы исследования буквально закрыли тему: шесть лет они сравнивали 33 тысячи бегунов и 15 тысяч активных ходоков и пришли к выводу, что бегать и ходить одинаково полезно для профилактики повышенного давления, уровня холестерина в крови, диабета и болезней сердца.

Нюх в сердце и в крови

Запахи могут иметь гораздо большее значение, чем мы думали. В клетках сердца, легких и других органов, а также клетках крови ученые обнаружили обонятельные рецепторы, подобные тем, что есть в носу. Есть повод думать, что наше сердце способно в прямом смысле слова чувствовать запах кофе или бифштекса. Питер Шиберле, профессор из Мюнхенского технического университета, сообщил об этом удивительном открытии вчера на общенациональном собрании Американского химического сообщества.
Обонятельные рецепторы в основном скапливаются на слизистой в верхней части носа, где пахучие молекулы соединяются с ними, вызывая целый каскад биохимических реакций, которые затем передаются в мозг, считывающий их как определенный запах. За исследование свойств рецепторов GPCR (аббревиатура переводится как “рецепторы, сопряженные с G-белком”) в прошлом году американцы Роберт Лефковиц и Брайан Кобилка получили Нобелевскую премию по химии.

Так вот, оказалось, что те же обонятельные рецепторы есть в нашем теле и в местах, весьма отдаленных от носа. Например, на поверхности клеток крови. Как именно они работают и действительно ли наше сердце и другие органы способны “унюхать” пахучие молекулы, которые попадают с пищей сначала в кишечник, а затем и в кровоток, ученым еще предстоит выяснить. Тем не менее, в экспериментах изолированные клетки крови человека проявляли способность к обонянию. Авторы эксперимента помещали в лунку на планшете клетки крови с одной стороны и пахучее вещество – с другой. Со временем клетки крови подползали, привлеченные запахом, на противоположный край лунки.

источник

Wednesday, April 10, 2013

Карманный винный справочник/ wine: pocket reference book

источник

Лишин (Lichine) Алексей (1913-1989) Крупный деятель винных культур Франции и США. Романтик виноторговли и виноделия. Автор выдающихся трудов «Вина Франции» и «Энциклопедия вина и крепких напитков». В России практически неизвестен.

Монахи Сыграли решающую роль в истории вина в эпоху Средневековья. В ХVII в. иезуиты производили вино на прибрежных равнинах Перу, а францисканцы в ХVIII в. заложили основы виноделия в Калифорнии. Традицию винопития поддерживают по сей день.

Традиция Важный элемент в виноделии. Некоторые виноделы производят разлив в бутылки, когда луна находится в определенной фазе, и ветер дует в определенном направлении. Как правило, современная наука находит обоснование и оправдание подобным предубеждениям.

Французский парадокс Словосочетание, пущенное в оборот в США в 1991 г. Имеется в виду французский обычай вкусно есть и пить (вино), но при этом долго жить и в меру страдать сердечно-сосудистыми заболеваниями. После ряда выступлений на эту тему по американскому телевидению потребление красного вина в США возросло в четыре раза.

Friday, April 05, 2013

фотожурналист Жиль Карон/ Gilles Caron (1939-1970)

Увидела недавно в теленовостях сюжет про выставку фоторабот Жиля Карона; заинтересовали – и фотографии, и гибель – исчезновение в Камбодже... Читая о Кароне подробнее, узнала, что Картье-Брессон, а вслед за ним и другие, прозвали его французским Робертом Капой – разумеется, начала искать материалы и про Капу...

Фотография Жиля Карона «Полицейский преследует студента на улице Вье Коломбье, Париж 6 мая 1968 года»

Этот снимок стал настоящим образцом фотографии во всем мире. Автор снимка Жиль Карон пропал без вести в Камбодже, в возрасте тридцати лет, но успел стать легендой.
Ни один другой фотограф не сделал столько выдающихся снимков. (статья)

* * *
Жиль Карон (Gilles Edouard Denis Caron) родился 8 [по другим данным – 9 или 11] июля 1939 года в Нейле-сюр-Сене (Neuilly-sur-Seine), Франция.
После развода родителей в 1946 году 7-летнего Жиля отправляют в частный колледж Нотр-Дам-де-Нежа в Аржантьере, Верхняя Савойя (Argentières, Haute-Savoie), где он пробыл семь лет.
Из колледжа он писал матери на удивление зрелые письма. Вдова фотографа вспоминает: «Мать всегда обращалась с ним как с человеком ответственным. Это были отношения равных. Во время службы в Алжире Жиль увлекся политикой. Он писал матери обо всем, что видел там, а она участвовала в демонстрациях против алжирской войны!».

В 1954 году Карон поступает в английскую школу Порт-Марли, где знакомится с Андре Шарлеманем Дереном – сыном известного художника-фависта (André Derain, 1880 – 1954). Впоследствии Андре сыграет важную роль в выборе Жилем карьеры фотографа.

Отличный наездник, Жиль Карон некоторое время посвящает себя конным скачкам. Затем едет в Париж, где посещает престижный Лицей Jeanson de Sailly.
Позже продолжает образование на факультете журналистики (Ecole des Hautes Etudes Internationales) в Париже. Сотрудничает с газетой Союза студентов-коммунистов Франции Clarte.
Летом путешествует автостопом по Югославии, Турции, Индии.

Серьезно увлекается прыжками с парашютом, получил аттестат.
С 1959 года служит в десантных войсках в Алжире.
Всё в молодом человеке протестует против этой войны. Его переписка с матерью, где он делится мыслями о происходящем в Алжире, позже ляжет в основу книги «Я хотел понять» (J'ai voulu voir). В декабре 1959 года Карон писал «дорогой маме»: «Нам сказали, что на десант парашютистов совершена атака, они убиты. Но оставшимся разрешили объявить победу. Отличная программа».

После Путча генералов в апреле 1962 года он отказывается воевать и проводит два месяца в тюрьме.
(Путч генералов — вооруженный мятеж французских частей в Алжире против политики президента де Голля, направленной на предоставление Алжиру независимости. Путчисты не смогли правильно скоординировать свои действия, в результате чего они были разгромлены, а их руководители арестованы.)
Вернувшись в Париж, 3 октября 1962 года Жиль Карон женится на своей многолетней спутнице Марианне (Marie Anne Léone François Garceau). Они познакомились, когда обоим было по 13 лет. У пары родились две дочери (в 1963 и 1967 гг.)

Давний друг Андре Дерен советует Жилю купить фотоаппарат. Начав, как многие фотолюбители, со снимков дочери, Карон фотографирует пожилых дам на парковой скамейке, игроков в шахматы в Люксембургском саду...
В 1964 году Карон начинает сотрудничать с Патрисом Молинаром (Patrice Molinard), фотографом моды и рекламы, мечтая работать в прессе: «Я всегда хотел объехать мир…»

В 1965 году Жиль Карон переходит в агентство APIS (Agence Parisienne d'Informations Sociales – Парижское агентство социальной информации).
Первый репортаж Жиля Карона хранится в архиве APIS, датированный 17 марта 1965 года: Лино Вентура и Шарль Азнавур. Он снимает звезд шоу-бизнеса и политики; чередует съемки концертов, театральных и кинопремьер, модных показов с освещением политической жизни Франции. Жиль Карон делал снимки Жан-Поля Бельмондо, Бриджит Бардо, Клода Франсуа, иранского шейха, Мартина Лютера Кинга, Сержа Генсбура и Джейн Биркин…
Как говорил сам Карон, «когда снимаешь всё – проходишь лучшую из возможных практик».
Обычный путь многих молодых фоторепортеров, в поиске «своего» агентства.

В агентстве APIS Карон познакомился и сдружился с известным фотографом Раймоном Депардоном (Raymond Depardon, born 1942).

Позже Карон работает для агентства Dalmas и некоторых других. Примерно в это время пришел первый успех: одна из работ Жиля Карона оказалась на обложке издания France Soir (21 февраля 1966 года, о деле Бен-Барки/ Ben Barka affair).

В декабре 1966 года Карон присоединяется к Раймону Депардону, Юберу Анротту и Жану Монте, которые недавно основали агентство «Гамма» (Gamma agency). Карон говорил: «В начале сотрудничества с агентством я работал без выходных, делая в день по три репортажа – и всё продавалось. Это была бесконечная цепь людей и событий».

В июне 1967 года руководитель «отдела знаменитостей» Моник Кузнецофф (Monique Kouznetzoff) отправила Жиля Карона в Израиль снимать выступления французской певицы болгарского происхождения Сильви Вартан (Sylvie Vartan).
По совпадению, именно в это время разгорелась Шестидневная война (война на Ближнем Востоке между Израилем, с одной стороны, и Египтом, Сирией, Иорданией, Ираком и Алжиром с другой, продолжавшаяся с 5 по 10 июня 1967 года).
Ничего не зная о работе военного репортера, неизвестный молодой фотограф сумел обойти всех коллег. С камерой в руках он покидает автобус с фоторепортерами, арендует машину и следует за израильской армией, первым добираясь до Суэцкого канала.

«Мои коллеги из новостных агентств AFP, AP, UP, из телевизионных служб, CBS, NBC довольствовались автобусами, позволявшими передвигаться только в ограниченном пространстве, записывать 3-4 интервью с тремя картинками, худо-бедно иллюстрировавшими войну, то есть танки, песок…
А моим пропуском в преодолении застав были израильские солдаты. Они ехали автостопом, догоняя свои воинские части, я - за ними. В итоге я оказался в Иерусалиме в самый разгар столкновения, и, следуя за армией, пришел к Стене Плача. Поскольку это было первое израильское подразделение, прибывшее туда, мне удалось снять по-настоящему сенсационный репортаж… Я сделал серию фотографий генерала Моше Даяна в каске перед Стеной… На следующий день я отправился на Синай. Повсюду были трупы. Это было незабываемо… Но меня подгоняла уверенность, что здесь уже всё снято, надо идти туда, где идет сражение».
Достигнув берега Суэцкого канала одновременно с армией генерала Ариэля Шарона, Карон поймал в объектив бегство египетских солдат.

Сенсационные фотографии о войне в Израиле откроют перед Жилем Кароном двери крупнейших международных изданий. Так, «Пари Матч» публикует целых 18 страниц с его кадрами, случай исключительный для молодого фотографа из начинающего агентства.

Карон говорил: «У меня нет желания снова работать в Париже. Теперь я хочу делать что-то совсем другое, по-настоящему важное. Всё лето я бездействовал, потому что одна мысль о бытовых, повседневных репортажах нагоняла тоску. Однажды я сказал себе, что надо что-то делать. И поехал во Вьетнам…»

За оставшиеся три года жизни Жиль Карон успел запечатлеть самые важные и известные конфликты современности, включая
• кровопролитное сражение во Вьетнаме, при Дак-То, ноябрь 1967 года.
В числе первого отряда морских пехотинцев Карон погружается в огненный ад, не переставая фотографировать.
В 1969 году в интервью журналу Zoom Карон рассказывал: «В Дак-То, к примеру, ты просто не знаешь, что делать. Снимаешь всё, что происходит вокруг, всё, что видишь».

«Ты там, в этом месиве, вместе с другими. Ты ныряешь в проломы, видишь молодого парня, тело которого распростерто перед тобой, делаешь снимок и идешь дальше... В Дак То было не укрыться, твое местонахождения ничего не меняло, потому что шел непрерывный минометный огонь… Я карабкался вверх, забрызганный кровью и плотью… Вокруг подрывались люди…» Во Вьетнаме Жиль Карон использовал 131 пленку; его фотографии были опубликованы практически по всему миру.

2 декабря 1967 года руководство «Гаммы» направило Карону во Вьетнам такой факс:
«Дорогой Жилю, утром получили твое письмо от 26-го числа, где ты пишешь, что не получил телеграммы, где мы подтверждаем прибытие твоих пленок и говорим об исключительности твоего репортажа о происходящем на холмах... Надеюсь, ты получишь этот факс. Мы так тобой гордимся, что отправляем его в 3 часа утра».


Один обычно критически настроенный представитель агентства «Гамма» комментировал снимки Карона: «За десять лет в этом бизнесе я никогда не видел ничего подобного по силе воздействия. Это лучшие военные фото, которые я видел».

самопровозглашение Республики Биафры (Republic of Biafra) — самопровозглашённое государство в юго-восточной части Нигерии, существовавшее с 30 мая 1968 года (дата провозглашения независимости) до 15 января 1970 года. Государство не было признано ООН.
Карон ездил туда трижды – в апреле, июле и ноябре 1968 года.

Биафру, провинцию сепаратистов Нигерии, терзали войны и голод; жертвами голода и резни стали более миллиона граждан.
Карон стал одним из первых западных фотожурналистов, освещавших кризис в стране.
Его кадры, опубликованные в выпуске Paris Match (от 4 мая 1968 года), стали первым подробным репортажем о войне, которую «игнорировала» мировая общественность.
Карон показал ужасы происходящего в Биафе, он верен себе: отправляется в джунгли, он в гуще событий, он участвует в засадах.

Гуманистический подход Карона к освещению происходящего помог убедить западных читателей в том, что жители Биафы заслуживают не только жалости; им необходима поддержка. Изображение Кароном сражений и голода в стране считается одним из лучших в истории военной фотожурналистики.
В Биафре Жиль встретил фотографа Дона МакКаллина (Don McCullin, b. 1935), который позже скажет о нем: «Это был единственный молодой коллега, к которому я испытывал глубокое и искреннее уважение».
Здесь же Карон познакомился с Бернаром Кушнером (Bernard Kouchner), будущим со-основателем организации «Врачи без границ» (Médecins Sans Frontières).

• Студенческие беспорядки в Париже, май 1968 года.


Между поездками в Биафу Карон снимает репортажи о беспорядках в Париже.

Перемещаясь от одной группы манифестантов к другой, он без устали фотографирует, днем и ночью – от первых камней, брошенных в стражей порядка демонстрантами 3 мая, до профсоюзной манифестации 29 мая и событий последующих дней.

Также в мае 1968 года Жиль Карон делает снимки Мендеса-Франса, Шарля де Голля во время его официального визита в Румынию, Жан-Поля Сартра… Это самый насыщенный период его головокружительной карьеры.

• Расстрел студенческой демонстрации в столице Мексики накануне открытия там Олимпийских игр, сентябрь 1968 года.

• Столкновения в межобщинном конфликте в Северной Ирландии, август 1969 года.

12 августа 1969 года Карон едет в Ирландию, предвидя возможные столкновения там по случаю демонстрации оранжистов (протестанты-экстремисты в Северной Ирландии). Инстинкт его не подвел.

• Чехословакия в августе 1969 года.
Через неделю Карон в Чехословакии - делает репортаж в годовщину подавления Пражской весны советскими танками. В выпуске «Пари Матч» от 30 августа опубликованы два его репортажа; снимки Карона появляются и на страницах других мировых изданий.

...В конце 1960-х профессия фоторепортера утратила толику своего шарма. Не было выставок, фестивалей, призов; никакого интереса к военной фотожурналистике. Фотографы моды только начинали получать признание благодаря фильму Антониони «Фотоувеличение». Фотографы, кроме Роберта Капы и Картье-Брессона, французов не интересовали. А для профессионалов Жиль Карон уже был звездой; юные любители фотографии по изданию Photo magazine открывали для себя его работы, сделанные во Вьетнаме, Биафре, в Париже – как раз накануне исчезновения Карона.

Казалось, молодой репортер вездесущ. Его друг и коллега Дон МакКаллин говорил: «Едва где-то разворачивался новый конфликт, я спешил оказаться там как можно быстрее, всегда опасаясь найти Жиля уже на месте».

Перед отъездом в Камбоджу Жиль сказал Роберту Пледжу (Robert Pledge): «Это будет моя последняя поездка в Камбоджу. Я остановлюсь в Пномпене, я не буду рисковать».

5 апреля 1970 года Жиль Карон исчез на Маршруте №1, дороге, соединившей Пномпень (Камбоджа) с Сайгоном (Вьетнам), в зоне, контролируемой красными кхмерами. С ним были двое других французов, журналист Ги Анното (Guy Hannoteaux) и Мишель Визо (Michel Visot), молодой специалист, работавшийв Камбодже.

Родственники Карона вспоминают: Исчезновение хуже самой страшной смерти. Остается сомнение, надежда, неуверенность. Это длится месяцами. На протяжении лет мы верили, что Жиля держат в тюрьме.
Только в 22 сентября 1978 года Парижский суд официально подтвердил смерть Жиля Карона.

В 2007 году вдова фотографа Марианна основала Фонд Жиля Карона (Fondation Gilles Caron).

Для поколения бэби-бумеров, а ныне для их детей и внуков Жиль Карон стал иконой. В фотожурналистике он занимает место, подобное месту Джеймса Дина в киноискусстве.
Жиль Карон стал одним из первых, кто выражал недовольство, когда его называли просто фотографом. Он представлял собою уже нечто большее, он был фотожурналистом.
За фотографиями и сложившимся мифом открывается личность. Вдумчивый и эмоциональный человек, искренне интересующийся окружающими людьми.

источники: 1, 2, 3, 4

* * *
Упомянутый в статьях о Кароне Дон МакКаллин очень любопытный человек и фотограф. Фотография слева - отсюда.
Некоторые его высказывания (источник):

«Я рос в полном невежестве, нищете и нетерпимости; и это моя тяжкая ноша на протяжении всей жизни. До сих пор есть остатки отравы, не покидающей меня, как бы я ни пытался избавиться».

«Я открыто исповедую атеизм, пока не оказываюсь в серьезной переделке. Тогда я быстренько падаю на колени, если не буквально, то хотя бы мысленно, и произношу: «Пожалуйста, Господи, спаси меня от этого!»

«Мной манипулировали, я, в свою очередь, использовал других, фиксируя их реакцию на горе и страдания. Так что вина простирается во всех направлениях: виновен, потому что не практикую религию; виновен, потому что не отошел в сторону, когда этот человек умирал от голода или от выстрела другого человека. Я устал от чувства вины, устал говорить себе: «Не я убил того человека на фотографии, не я замучил голодом этого ребенка». Поэтому хочу делать снимки пейзажей и цветов. Приговариваю себя к миру и покою».

«Для меня фотография означает не смотреть, а чувствовать. Если ты не чувствуешь того, что видишь, ты никогда не заставишь других почувствовать что-либо, глядя на твои снимки».

Thursday, April 04, 2013

нечто уже поздно и, главное, ничто уже не рано / 40

«В 20 лет нам плевать, что думает о нас мир; в 30 лет нас заботит, что думает о нас мир; в 40 лет мы обнаруживаем, что мир о нас и не думал вовсе».
Неизвестный

«Первые сорок лет жизни – это текст; следующие тридцать – комментарий к нему, помогающий правильно понять истинный смысл и связь текста с его моралью и достоинствами».
Артур Шопенгауэр

«Сорок лет – старость юности; пятьдесят – юность старости».
Виктор Гюго

«В сорок лет разбираешься в жизни не лучше, чем в двадцать, но знаешь и принимаешь это».
Жюль Ренар

«То, что среди большинства людей слывет добродетелью, после сорока просто недостаток сил и энергии».
Вольтер

«Не столько объективный возраст, сколько крутые психологические сломы определяют переход от возраста к возрасту. Вероятно, молодость человека кончается главным образом от ощущения, что есть разные вещи, которые уже «нельзя делать» или «поздно начинать». Но юность человека кончается иным и гораздо более катастрофическим образом. Это происходит именно в тот момент (момент, который иногда может быть определен календарной датой), когда человеку перестает казаться, что жизнь еще начнется, когда он внезапно, и всегда с болью, обнаруживает, что она уже началась».
Лидия Гинзбург, 1929 год

«В двадцать лет человеку, между прочим, доставляет удовольствие заниматься по ночам хоровым чтением стихов. Он знает, что в сорок лет это перестанет доставлять ему удовольствие, и поэтому ему кажется, что очень плохо быть сорокалетним».
Лидия Гинзбург, Записи 20-30-х годов

«Но совсем, безнадежно взрослой я стала только недавно. С тех пор как поняла, что нечто уже поздно и, главное, что ничто уже не рано».
Лидия Гинзбург, 1932 год

«NN говорит:
— Глядя вокруг, иногда со страхом думаю — вот мне тоже предстоит одинокая старость. Неужели я тоже лет через пятнадцать (если буду жив...) буду скучать и вследствие этого по вечерам в темноте-мокроте пробираться в гости.
Утешаюсь тем, что с годами во мне явно возрастает физическая лень, нелюдимость и привычка к месту. Вообще, начиная с известного возраста, для человека естественно — быть дома (если его не призывают дела или прямые интересы).
Конечно, со временем мне угрожает попасть в разряд диких стариков, кончающих в полной изоляции. Впрочем, это много лучше, нежели попасть в разряд стариков, скучающих и веселящихся».
Лидия Гинзбург, Записи 40-х годов

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...