Monday, January 22, 2018

Диета, вера, азарт, положение женщин/ Lord Byron - quotes

22 января 2018 года исполняется 230 лет со дня рождения Джорджа Гордона Байрона. 
По такому поводу - рассуждения великого английского романтика об интересных предметах:

Размышлял о положении женщин в древней Греции — довольно удобно. Нынешнее положение — пережиток рыцарского и феодального варварства — искусственно. Им следует заниматься домом — их надо хорошо кормить и одевать, но не позволять вращаться в обществе. Давать им религиозное воспитание, но ни поэтических, ни политических книг, только религиозные и кулинарные; музыка — рисование — танцы — иногда немного работы в саду или в поле. В Эпире я видел, как они отлично работают на починке дорог. Отчего бы не на сенокосе или коровнике?

Писать так, чтобы затронуть сердца — для этого надо, чтобы собственное сердце много испытало, но, может быть, уже в прошлом. Пока вы находитесь под влиянием страстей, вы можете лишь чувствовать их, но не способны описывать — как не можете в бою обратиться к соратнику и начать рассказ об этом бое. Когда все кончено и кончено безвозвратно — доверьтесь своей памяти — тогда она будет даже слишком верна. [// Пушкинское - Прошла любовь, явилась муза, И прояснился темный ум.]

Мне представляется, что игроки должны быть довольно счастливы — они постоянно возбуждены. Женщины, вино, слава, чревоугодие и даже честолюбие по временам пресыщают; а у игрока интерес к жизни возобновляется всякий раз, когда он выбрасывает карты или кости; игру можно продлить в десять раз дольше, чем любое другое занятие. В юности я очень любил игру, т. е. именно азартную игру, но все другие карточные игры ненавижу, даже фараон.

Впервые с прошлого воскресенья пообедал по-настоящему, т. е. впервые за неделю. Все время питался чаем и сухарями — по шести реr diem. Но лучше бы я и сегодня не обедал! тяжесть, отупение и ужасные сны — а всего одна пинта вина Буцеллас и рыба. Мяса я не беру в рот — овощей тоже ем немного. Хорошо бы в деревню, и побольше двигаться, вместо того, чтобы укрощать себя воздержанием. Я не так уж боюсь нагулять немного мяса — мои кости отлично это выдержат. Беда в том, что вместе с ним является бес — которого приходится изгонять голодом, — а я не хочу быть рабом какого бы то ни было аппетита. Если уж заблуждаться, пусть это будет по велению сердца. Ох, как болит голова! Тяжкие муки пищеварения! Хотел бы я знать, легко ли переваривает свой обед Бонапарте.

Все склонны верить в то, чего жаждут: будь то лотерейный билет или пропуск в рай, где, судя по описаниям, я не вижу ничего особенно заманчивого. Беспокойное чувство подсказывает мне, что есть во мне нечто «правдивей, чем игра». Пусть Тот, кто вложил это в меня, оградит искру небесного огня, озаряющего, но вместе и сжигающего, свою бренную оболочку; а сам я не страшусь «сна без сновидений» и не могу представить себе такого существования, которое со временем не наскучило бы. А иначе отчего «пали ангелы», даже согласно вашим верованиям? Они были бессмертны и наслаждались небесным блаженством, как продолжает им наслаждаться предавший их отступник Абдиил. Время решит; и вечность не окажется менее приятной или более ужасной из-за того, что будет неожиданностью. А пока я признателен за некоторые блага и довольно терпеливо сношу некоторые неприятности — grace a Dieu et mon bon temperament [благодарение Богу и моему хорошему характеру].

Отрывки; источник

Thursday, January 18, 2018

Грузия глазами Тенгиза Аблотия/ Tengiz Ablotia's blog about Georgia

Познавательное чтение для меня, неофитки-резидентки Тбилиси; повседневные бытовые наблюдения подтверждаются целиком и полностью. (Фотографии из моего альбома).

Колонка Тенгиза Аблотия:

*
Недавно один мой друг, живущий за границей и очередной раз посетивший Грузию, был удручен тем, что увидел в Тбилиси рост числа нищих, бомжей, уличных торговцев. Да и общий фон в городе ему показался более унылым и депрессивным.
Основное и самое гнетущее ощущение в сегодняшней Грузии – это ощущение глухого застоя, отсутствие внятной перспективы. Соответственно, даже нищие на улицах воспринимаются более драматично...

При администрации Саакашвили были сформулированы нехитрые принципы, по которым Грузия живет и до сих пор: создаем хорошие условия для инвесторов, наводим порядок, формируем более или менее эффективную бюрократию и привлекаем иностранный капитал. Второй пункт: берем и используем те возможности, которые есть, – развиваем туризм, транзит и энергетику.
Однако все когда-то заканчивается. Эта модель себя исчерпала: можно еще раз сократить налоги, сделать инвестиционный климат еще лучше, построить больше отелей и продать больше ферросплавов, – но это уже бесполезно. Модель, предложенная администрацией Саакашвили, выполнила свою задачу, и теперь нужна другая.

При Саакашвили был сделан первый шаг – питекантропов превратили в более или менее цивилизованных людей, но сегодня этого уже недостаточно, надо идти вглубь. А вот с этим – проблема. Вглубь идти некому.

Нынешняя модель развития Грузии гарантирует, что хуже не будет. Но она, увы, неспособна выдать более серьезный результат. Все так и продолжится. Вечно. Мы будем строить гостиницы и продавать ферросплавы.

Статья, январь 2018

*
Два соседних народа [грузины и армяне] со схожей исторической судьбой не устают спорить друг с другом о том, кто древнее, кто кому придумал алфавит, где чьи церкви находятся, кто раньше принял христианство и т.д. Разве что не спорят о том, сколько ангелов помещается на кончике иглы – армяне наверняка бы нашли способ разместить побольше, зато грузины бы соорудили каждому из них отдельную комнату с ванной.
Смотреть на это, в общем, можно сказать, весело. Две отсталые деревенские нации спорят о том, которая из них менее отсталая и деревенская. При этом искренне не понимая, что этот бесконечный и преимущественно бесполезный спор делает их еще более отсталыми и деревенскими.

...Я как-то спорил с одной френдессой в «Фейсбуке», которая придерживалась популярного в Грузии мнения о том, что наш народец – невероятно талантлив. Ну да, с ленцой, с тягой к безделью, но зато талантлив сверх меры. Когда я попытался узнать, в чем же этот великий талант заключается, получил ответ – сколь наивный, столь же обезоруживающий: «у нас хорошие танцы и прекрасный сыр». Вот такие дела. Там, за бугром, бесталанные, посредственные середнячки собирают 40-колесные грузовики, авианосцы размером с городской квартал, создают электромобили и ищут способы изменения климата на Марсе... А тут – танец и сыр... Вот и все, что надо для таланта... Нет, не просто таланта, а великого таланта…

Вообще, если бы я был политиком, то лет на 10 запретил бы преподавание истории как минимум в Грузии, а желательно, и в Армении. История нас отвлекает от сегодняшних дней. Слишком много неудачников, неспособных выдать хоть какой-то приличный результат в наше время, находят отдушину в том, чтобы копаться в истории.

Статья, ноябрь 2017

*
Они [грузины] изгадили собственные села, превратив их в чумной барак, откуда бегут все кому не лень. Они испоганили собственную столицу – бесконечной торговлей, ржавыми каркасами возле всех станций метро, кучками праздношатающихся бездельников. Как саранча, они расправились с собственной страной и решили, что пора распространить ценный опыт и в зажравшуюся Европу – разве может быть задача более достойная, чем нагадить в Берлине или Амстердаме?

Из 160 000 человек, посетивших за полгода Европу, около 10 000 растворились, исчезли. Иначе говоря, остались в ЕС. Сама по себе цифра, может быть, и небольшая – если не иметь в виду, что это за категория и какую «пользу» большинство из них может принести Европе.
Значительная часть грузинских иммигрантов – это в лучшем случае бесполезный балласт, ничего не знающие и ничего не умеющие люмпены. Это в лучшем. А еще есть и худший – мы видим его в почти ежедневных сводках о том, что очередная грузинская банда где-то чего-то или кого-то ограбила.

Статья, ноябрь 2017

*
Гомофобия в Грузии – это один из многих ритуалов, не требующих ни осмысления, ни глубины. Родину надо любить, проходя мимо церкви надо креститься, перед патриархом Илией Вторым преклоняться, а геев ненавидеть. И все это – без каких-либо конкретных обязательств.

В реальности гомофобия, конечно же, существует, но она такая же поверхностная и неглубокая, как и вера, и патриотизм, и поклонение женщинам...

Статья, ноябрь 2017

*
Реальное Тбилисоба – это 10% гламура на двух-трех центральных улицах города, где что-то приличное, более или менее человекообразное все-таки происходит, и 90% – тотального всеобщего пожирания свиных шашлыков и вина.

Символ Тбилисоба [ежегодный праздник, посвящённый сбору урожая и городу Тбилиси, который традиционно отмечается в столице Грузии в последние выходные октября - Википедия] – не чинные оркестранты в красных мундирах, а базарные торгаши, которые эти два дня оккупируют почти весь город. Главная ассоциация Тбилисоба – это дым от мангалов, который накрывает городские улицы.
Все это происходит на фоне бесконечного мусора, грязи, столпотворения, ржавых микроавтобусов, в которых деревенские жители в очередной, уже в который раз привозят свои продукты на продажу.

Причем совершенно непонятно, чем им не угодили остальные 363 дня в году и почему с особой интенсивностью надо гадить в городе именно эти два проклятых дня в октябре. Если учесть, что продукты они продают по той же цене, что и обычно, смысл всеобщего паломничества люмпен-пролетариата на несчастные тбилисские улицы именно в эти дни остается неразрешимой загадкой.

Пожалуйста, если хотите, можете назвать это недоразумение «Днем шашлыка», и тогда все будет понятно, логично и без возражений. Поскольку он все-таки называется «Днем города», то и стандарты к нему должны быть совсем иные.

Тбилисоба не имеет ничего общего ни с Тбилиси, ни с каким-либо другим городом, ни с понятием «город» вообще. Тбилисоба – это скопище всех мерзостей, которые есть в Грузии и которые обычные 363 дня в году менее заметны, так как равномерно распределяются по всей стране.

Из статьи, октябрь 2017

*
На днях я наконец увидел в Тбилиси электромобиль «Тесла», детище великого южноафриканца Илона Маска. Белоснежный, созданный совсем для другого пространства, он гордо и бесшумно плыл по грязной дороге самого неряшливого и некрасивого района города. Его название само говорит за себя – хорошее место Нахаловкой не назовут...
Рядом прогромыхал грузовик с отваливающимся глушителем. А вот еще проехало такси «Опель» с открытыми окнами, из которых громыхает «Владимирский централ... Ветер северный...»

«Тесла» на тбилисской улице – это ведь не просто машина. Это в определенной степени символ. Показатель безнадежного отставания т.н. третьего мира от первого; стран, рассуждающих о величии предков на пару с великой духовностью, – от стран, нацеленных на будущее. А пропасть между ними – все глубже и глубже... Третий мир с удовольствием пользуется достижениями мира первого, но ругает его последними словами...

Иногда реальность настолько неприятна, а сравнения с кем-либо настолько нелицеприятны, что приходится выдумывать несуществующие преимущества типа «Да, они делают электромобили, зато мы – более нравственные, больше любим детей, родителей и друзей».
И пока так продолжится, все будет как сейчас – Маск будет делать «Теслу», а мы будем искать, кто из нас более высокодуховный...

Статья, сентябрь 2017

*
С «Грузинским маршем» случилось то, что случается со всем остальным в Грузии – с экологическими движениями, с борьбой против незаконных строительств, вырубкой парков... Он стал обыденностью и собирать теперь будет примерно столько же народу, сколько и акции против возведения очередного здания-монстра в каком-нибудь несчастном скверике...

У грузинского народа есть один талант: наши люди имеют великую способность испохабить любую, в том числе и самую мерзкую идею. Лишить людей энтузиазма, заставить в отчаянии махнуть на все рукой. В основном это плохо. Но иногда это и хорошо. Самые фанатичные, самые злобные и самые «ватные» идеи вдребезги крошатся на фоне Его Величества Народного Равнодушия... Когда, казалось бы, все в пользу ксенофобов, сволочей и популистов, когда, казалось бы, они говорят ровно то же самое, что и народ, и поэтому обречены на успех, – именно тогда на сцену и выходит наш родной пофигизм.

Статья, сентябрь 2017

*
По правде говоря, по Саакашвили можно писать хрестоматию о том, что происходит с политиками, которые потеряли чутье и задержались на авансцене дольше, чем это было нужно. Миша все более явно перебирается в маргинальную нишу: то, что три года назад работало, сегодня уже вызывает у украинцев легкую усмешку.

Могу сказать от себя лично: я к политику Михаилу Саакашвили отношусь вполне прилично. Прекрасно понимая все темные стороны периода его правления, никогда не буду отрицать, что ему удалось сдвинуть с места глухой грузинский камень, который стоял без движения столетия – с его пропахшими нафталином традициями, дедушками-бабушками, великой историей и православием.

Однако все это было в прошлом, и сегодняшний Михаил Саакашвили – уже совсем не тот, что в 2004-м. Говорил не раз и не два и не поленюсь повторить многократно: любые реформы, в том числе самые удачные, – это штучный товар. Это ни в коем случае не конвейер, и перенести опыт одной страны на почву другой – проблематично.

Могу представить себе обвинения в свой адрес со стороны фан-клуба Саакашвили, и это – одна из проблем. Всякий, кто хоть раз читал мой блог, знает, что я не очень большой поклонник Грузии и грузинского менталитета, но скажу честно: даже мне будет неприятно, если завтра гипотетические украинцы начнут массово писать в социальных сетях: «да вы кто такие, грузины, вы же совки, избрали себе бандита Иванишвили, у вас нет другого выхода, вы должны позвать к себе наших бизнесменов и инженеров, чтобы наладить экономику».
Фанаты Саакашвили пытаются быть украинцами больше самих украинцев и позволяют себе, в общем, довольно-таки хамские заявления типа «Саакашвили – единственный, кто может спасти Украину, а так, без него они ничего не смогут, потому что совки»...
Простите, пожалуйста, а ничего, что вы говорите о стране, у которой высококвалифицированных инженеров больше, чем у вас всего населения? Ничего, что вы обвиняете в недееспособности страну, которая выпускает ракетные двигатели и атомные реакторы?

Статья, июль 2017

*
Среднестатистический традиционный грузинец говорит, что ненавидит арабов и турок, но, уверяю вас, сказав это, через пять минут он забудет, а через 10 минут будет пытаться устроиться на работу к турку.
Среднестатистический традиционный грузинец говорит, что в случае чего обязательно пойдет воевать за родину и уверяет, что никогда не женится на недевственнице, – но оба этих постулата так надежно и с гарантией опровергнуты жизнью, что не вызывают ничего, кроме снисходительной усмешки.
Среднестатистический традиционный грузинец считает себя верующим, но при этом не вспомнит даже четыре из десяти заповедей.
То, что говорит среднестатистический грузинец, – не значит ровным счетом ничего, так как преимущественно он говорит не то, что есть, а то, как считает, что должно быть...

Статья, июль 2017

*
Проблема Грузии в том, что общественное мнение всегда готово защитить кого угодно, вне зависимости от того, виновен человек или нет. Это старая, еще советская традиция: в случае противостояния государства и рядового человека, всегда прав рядовой человек.
Большинство грузин искреннее уверены, что, если у кого-то нашли в кармане наркотики – значит, ему их подбросили. То, что вплоть до конца 2000-х годов в молодежной среде наркоманов было больше, чем ненаркоманов, – во внимание не принимается. Подбросили – и все тут.

Грузию, в которой в течение 40 лет молодежь вместо «здравствуй», здоровалась друг с другом словами «жизнь ворам», сравнивали с Норвегией, где самое тяжкое преступление – это украсть велосипед. Ну разве что Андрес Брейвик сидит один за всю Норвегию...

И, вообще, что значит «много сидит?» Что, кто-то установил критерии посадки? Статистические нормы соотношения населения к численности зеков? А вы в курсе, что в Сальвадоре народу сидит в разы больше, чем в Грузии, но этого все равно мало? Угадаете с одного раза, к кому грузинцы ментально ближе, – к Норвегии или Сальвадору? Неужто к Норвегии?

Я живу в доме, где на первом этаже – отделение полиции. Из года в год при всех властях и системах повторяется одна и та же картина: полицейские тащат орущего – то ли пьяного, то ли обдолбанного парня, а через полчаса его мать в истерике визжит на всю округу: «Выпустите моего ни в чем неповинного мальчика»...

Статья, июнь 2017
*
Сказать про Грузию, что это страна контрастов, – это значит, ничего не сказать.
Однажды я сделал для себя вывод: на самом деле грузинская нация состоит из двух взаимоисключающих частей, каждая из которых тянет одеяло в свою сторону. Если очень сильно обобщить, то очевидно, что в стране со дня ее независимости друг другу противостоят старая и новая Грузия.
Здесь нет четкого разделения между «новогрузинами» и «старогрузинами». Нет определенной линии фронта, по которой можно было бы определить, кто есть кто. Барьер не идет по линии «образованный – необразованный»: в Грузии можно встретить образованных «ватников» и здравомыслящих крестьян с восемью классами образования...

Нет барьера и по линии происхождения или места проживания – о том, что из себя представляет комичная тбилисская аристократия, сказано уже много, кроме того, если присмотреться, большинство молодых программистов, инженеров и прочих технарей – жители городских окраин. Тогда как в мире вряд ли можно найти где-нибудь такое количество пафосных бездельников, как в центральных, престижных районах Тбилиси.
Линия разлома не проходит даже по семьям – в одной и той же семье, у одних и тех же родителей один сын может быть профессионалом в своей области, а второй – бесполезным чохоносцем-болтуном [Чоха - грузинский национальный мужской костюм].

Разница между двумя Грузия – ментальная, у двух частей одного народа – совершенно разная система ценностей.

Одна часть грузин строит экономику, получает образование, бросает сигаретные окурки в мусорный ящик, чтит законы, не считает католиков, армян и Свидетелей Иеговы сатанистами. Именно «новогрузины» построили все то, на чем сегодня держится страна, – они работают в госструктурах, они производят продукцию, реконструируют старые города, привлекают миллионы туристов, в конечном итоге обеспечивая тот более или менее стабильный ритм жизни, который в настоящее время имеется в Грузии.

Вторая часть – условные «старогрузины», делают все для того, чтобы обгадить и испохабить то, что уже сделано: они бросают мусор из окон, плюют на тротуары, ненавидят всех иностранцев, постоянно ищут себе внешних врагов, в социальных сетях чуть ли не призывают идти войной одновременно на Турцию, Азербайджан и Армению... Они пополняют ряды религиозных фанатиков-фарисеев, пропивают деньги и живут преимущественно в долг.

Внешний облик Тбилиси является наглядным признаком этого дуализма – бесконечные рынки, ярмарки, торговые объекты, которые не приводились в порядок с 90-х годов, однообразные автосервисы, вереницы таксистов, не дружащих с гигиеной, зато братающихся с русским шансоном... В сознании этих людей ничего не изменилось – предел фантазии все тот же: купить в одном месте, перетащить через весь город на разваливающемся «Опеле» и продать. Полученную сумму либо пропить, либо профукать в онлайн-казино...

Анализируя поведение грузинских люмпенов, я пришел к выводу, что не стоит искать объяснения их поведению в логике. Жизнь не раз и не два подтверждала этот вывод.
К примеру, в одном из крупнейших тбилисских плавательных бассейнов я многие годы сталкивался с совершенно необъяснимым явлением: многие клиенты, приняв душ, оставляли воду открытой – в итоге драгоценная горячая вода тратилась попусту и следующие пловцы вынуждены были довольствоваться прохладной водичкой. В этом не было никакой причины. Они не делали это сознательно, в знак протеста против грабительской политики мирового капитализма, с целью обанкротить хищнический менеджмент бассейна или высказать недовольство ростом цен и девальвацией национальной валюты. Они делали это просто потому, что им было плевать, они вообще на это не обращали внимание...

Общая ситуация в стране показывает, что ни одна из этих двух частей грузинской нации не доминирует. Соотношение – 50 на 50. Нормальных людей достаточно много для того, чтобы «старогрузины» не превратили страну в то, что является для них естественной средой обитания, – в свинарник. С другой стороны, их недостаточно для того, чтобы преодолеть сопротивление люмпенов и построить нормальную страну. Вот и висит Грузия традиционно между двумя мирами: одной ногой в Милане, другой – в Кабуле.
Когда-нибудь это закончится, и, вопреки всему вышесказанному, именно в этой части я настроен оптимистично – уверен, рано или поздно новая Грузия победит. Просто потому, что она умнее, целеустремленнее и рациональнее...

Статья, май 2017

*
ФБ страничка - Ablotia Tengiz

Wednesday, January 17, 2018

Ужасная жизнь и ужасная смерть/ in memoriam Varlam Shalamov

17 января 1982 года умер Варлам Шаламов.

О его смерти не писали в газетах, но из разговоров, из передач западных радиостанций люди узнавали об этом и поминали Шаламова в своих дневниках.

Георгий Елин: «Когда был на Украине — умер Варлам Шаламов: всеми заброшенный, в спец-психушке (читай — на зоне, из пут которой он так и не высвободился). Страшная судьба — неизбежная: должен был явиться очевидец, который бы от первого лица поведал миру об ужасе советского ГУЛАГа, и Шаламову выпал жребий стать бытописцем сталинской Колымы».
«Рассказ Коли Тюльпинова, как хоронили Шаламова, — одно из самых страшных повествований последнего времени: приют для стариков, помутнение рассудка, слепота. И потрясающая деталь: на ветровом стекле катафалка был прикреплён портрет Сталина — Коля попытался объяснить водиле, кого хоронят, но разве каждому объяснишь…»

Николай Работнов: «Днём были у Лакшиных, застав их со второго раза — утром они ездили на панихиду по Варламу Шаламову. Ужасная жизнь и ужасная смерть. Он доживал в какой-то богадельне (жена и дочь бросили). Скандалил там постоянно с персоналом, характер у него был не сахар. 74 года, из них около тридцати просидел по худшим лагерям. Хоронили по церковному обряду».

Игорь Дедков: «Несколько дней назад западное радио сообщило о смерти Варлама Шаламова. Наши газеты — пока нет. В последние годы его почти не печатали. Его проза («Колымские рассказы», кажется, так) у нас не издана. Наше государство обижено на него: плохой гражданин. А за что обижено? Столько продержало в лагерях, и обижено? Нет чтобы чувствовать перед человеком, поэтом вину, — куда там! обижено, оскорблено! Все перевернуто. Все — наоборот. Вверх дном.
Да, еще сказали, что Шаламов умер в доме для престарелых под Москвой. Печальна человеческая судьба».

источник

Sunday, January 14, 2018

Падал прошлогодний снег.../ Last Year's Snow Was Falling

С утра (или еще с ночи) беззвучно сыплет и сыплет снег...


В голове крутится финальная мелодия из нетленки светлой памяти Александра Татарского...

Monday, January 08, 2018

Бытовое, бросающееся в глаза/ Tbilisi - very first everyday trivia

«В новогоднюю ночь (а также за несколько дней ДО неё) население (Тбилиси) использует (очень) большое количество пиротехники (которая охапками свободно продавалась на каждом углу задолго ДО...).
[...] Агентство по управлению чрезвычайными ситуациями МВД Грузии призвало жителей страны в новогоднюю ночь не оставлять открытыми окна домов» (см. статью). Мудрый призыв.
Наутро на балконе действительно валялся какой-то фрагмент строения (как и было сказано, «увеличивается риск нанесения ущерба строениям и зданиям»). Весело население встретило новый год... Бедные животные (и бродячие, и домашние) - вот уж не знали, куда прятаться от бессмысленного и беспощадного праздничного обстрела.

* * *
У меня теперь своя крохотная, трехнедельная колоколенка – с моими первыми нетуристическими наблюдениями над бытом Тбилиси (живу в центре, под горой Мтацминда). По большому счету, пока всё не слишком отличается от туристических впечатлений 2016-го. Всё по-отечественному знакомое и родное.

• Грязь и нищета.
Множество бездомных кошек и собак.
• Грузины любят держать собак. Молодые грузины – собак попрестижнее, т.е. покрупнее. Убирать за своими питомцами дерьмо гордость не позволяет не принято. Поэтому все (без преувеличения) улицы (сплошь) завалены внушительными кучами.
• Неприязненное отношение к понаехавшим, включая доход-приносящих туристов. (Не ново: когда переехали из Харькова в Киев, соседки по многоэтажке на Оболони клеймили нас «понаехавшими»).
• Попытки говорить по-грузински (гамарджоба, диди мадлоба, нахвамдис и прочий зачаточный лексикон) вызывают симпатию только у пожилых местных жителей – молодые устойчиво непроницаемы.
• Продавцы больших и малых продуктовых лавок – сплошь обоего пола молодежь; очень медленная и как бы проклинающая свою судьбу (а заодно и тебя, покупатель), занесшую за прилавок/кассу. (В Украине было то же).
Езда! Без правил и без мысли о ком-то, кроме себя, любимого. Громко, нахально, эгоцентрично.
Курят – все! В статье автор писала о такой неслыханной местной свободе курения, что в дамском зале парикмахерской можно постричься, не переставая покуривать.
Меня особенно умиляют продуктовые ларьки, во множестве раскиданные по круто-подъёмным улочкам (теснота, жарища, стиральный порошок на полке рядом с развесным печеньем): непременно три-четыре досужие продавщицы/сотрудницы, дружно дымящие и галдящие.
• Повсюду используются горы пластика. Сортировки мусора и повторного использования (recycling) не существует. Даже в «Карфурах» при попытке (привычно, по-дубайски) взвесить овощи без лишних пакетов (положить, скажем, свеклу, чеснок и лук в один пакет, чтобы взвесили да наклеили ценники на него) – помощники-взвешивальщики отпихиваются и кричат: «Целлофан, целлофан!»
Georgian post is expensive and slow, and seems like dying. To send a postcard you might have to go to one of the Tbilisi post offices, which are located away from the main tourist routs. Today there are couple mail boxes in the city, including one on Freedom Square, but we have also stumbled on a broken one. Post stamps also can be bought only at the post offices.
A regular post card to Europe will cost you 4 Lari, to the USA 4.80Lari.
An ordinary letter up to 100g costs 13.20/15.20 Lari accordingly.
A parcel up to 500 g - 49,90 Lari/66.05 Lari. - source

Из хорошего:
• Хрустально-чистый воздух (на нашей теперешней горе, заросшей хвоей).
• Виды с горы.
• Деревья.
• Старые здания (к сожалению, не реставрируются и не охраняются).

Фотоальбом
(to be updated)

Thursday, January 04, 2018

громко, быстро и накурено/a narrow view of Georgia

Ирина Гвасалия: Грузия с моей колокольни

И какой же грузин не любит быстрой езды?
Мертвый или спящий, и то не факт. Кроме вина, в грузинских жилах течет бензин для высокофорсированных двигателей. От скорости грузины прутся не меньше, чем от женщин. А еще они свято верят в свое бессмертие. Мне всегда казалось, что крутой поворот, горный серпантин и знак об ограничении скорости – это повод сконцентрироваться и сбавить обороты. Но в Грузии в такой ситуации нужно просто поддать газку и по сплошной обогнать ползущего впереди идиота. Руль обеими руками можно не держать, потому что тогда не получится курить, говорить по телефону и свешивать из окна локоть. Включать поворотники и останавливаться перед пешеходным переходом – тоже чес полнейший.

На зебру и зеленый свет светофора рассчитывать не приходится, на любезность патрульных машин тоже. Поэтому бежим, стиснув зубы, или ищем обходные пути.

Жутко громко и запредельно близко
Если вы едете в отпуск, чтобы побыть наедине с собой, отдохнуть от офисной суеты, людей и нескончаемой болтовни, Грузия – определенно не ваш вариант. Если только вы не забронировали хижину где-нибудь высоко в горах, хотя и там вас, скорей всего, найдет случайно забредший с соседней вершины путник. Грузины открыты и радушны, про их гостеприимство слагают легенды, но в какой-то момент этого оказывается слишком много. Особенно когда ты из тех, кто заказывает такси и пиццу через приложение, чтобы лишний раз ни с кем не контактировать. Здесь любят говорить много, экспрессивно и громко, так что послушать тишину придется в следующий раз.

Если вы устали терпеть повсеместную дискриминацию курильщиков, приезжайте и укутайтесь никотиновой пеленой. Курящие дамы, обратите внимание, что курить здесь можно даже во время маникюра и укладки.

Отрывки; источник

Monday, January 01, 2018

В честь Нового года учинять украшения из елей/ Happy New Year

«Поелику в России считают Новый год по-разному, с сего числа перестать дурить головы людям и считать Новый год повсеместно с первого января. А в знак доброго начинания и веселья поздравить друг друга с Новым годом, желая в делах благополучия и в семье благоденствия. В честь Нового года учинять украшения из елей, детей забавлять, на санках катать с гор. А взрослым людям пьянства и мордобоя не учинять - на то других дней хватает».

Из указа Петра I от 15 декабря 1699 года

* * *
UPD Фейсбучное, новогоднее:

Ludmila Yankovich // December 27, 2017

Наверняка скоро кто-нибудь произнесет или напишет загадочную фразу «Здравствуй жопа, Новый год». Я решила спросить у всезнайки-Яндекса, что же это значит? И Яндекс ответил мне, что эта фраза произошла от латинского приветствия Felix Sit Annus Novus!
Буквальный перевод – «Счастливого Нового Года!».
Латинское слово annus, «год» созвучно латинскому же anus – «задний проход», что, скорее всего, и стало поводом для многочисленных шуток.
И, как изящно выразился один из блогеров: «Позднее, уже в русском переводе, фраза пошла в народ, потеряв изначальную игру слов, а взамен приобретя ритмический узор хорея с выпавшим последним слогом».

*
Всем правильного новогоднего перляжа. Перляж в хорошем шампанском устойчивый, а пузырьки маленькие. С Новым годом!
(Перляж это игра пузырьков в шампанском или любом игристом вине).

Из комментариев: Я уверена, что вдова Клико может похвастаться своим перляжом.

Sunday, December 31, 2017

Как на аркане, Нас тащит надежда: Только вперед! /Goethe - Zum neuen Jahr

К Новому Году
(Мария Степанова - с немецкого; очень вольный перевод из Гете // 
Johann Wolfgang von Goethe - Zum neuen Jahr)

Маятник радости
Ходит на воле -
В давеча, в после,
Встарь и сейчас
Сеет подарками
Старыми-новыми,
Все, что умеет, доверчиво кажет,
Вдаль и подальше
Дает заглянуть.

Как бедовали, туда не смотри:
В темной давильне
Точили по капле,
Выжимали
Из немощи верность,
Нежность из похоти и стыда.
Как на аркане,
Нас тащит надежда:
Только вперед! Только вперед!
Ясные песни, что там вы вьете,
Грудь мне тесня?

Что потонуло, кануло, несть,
Память просушит,
Она баловница,
Вот так диковина,
Вот так рассказец -
Старые крепи
Встали на место,
В старом конверте
Новенький мир.

Да не обманут нас складки скатерти:
Вот, как ребенок, дичась, от матери,
Старую пору прячут под стол.
Выберем время, зажжем светильники,
Чтобы любовь на свету сияла,
Тайный жар согрел в темноте,
Чтобы застали новое новыми,
Новое - новых нас.

Как на катке на голые лезвия
Встали с тобой разойтись и свидеться,
В сквози и швы, проемы и вырезы
То провалиться, то помелькать, -
Пальцем настойчивым, равнодушным,
И постоянным землебиеньем,
И неуклонным слабым наклоном
Тянет и пятит, кренит и клонит
В новый нас год.

Saturday, December 30, 2017

Чудачество было ему свойственно и необходимо/ Daniil Kharms

Ко дню рождения Даниила Хармса

...Он был совершенно необычайным, не похожим ни на кого, ни разговором, ни поведением, – человеком неповторимым.
Казалось, он весь состоял из шуток. Сейчас я понимаю, что иначе он и не представлял себе своего существования. Чудачество было ему свойственно и необходимо.

<...>
Даниил Иванович Хармс был высокого роста, сильно сутулился, лицо у него было очень ровного серого цвета, глаза голубые, русые волосы гладко зачесаны назад и низко опускались хвостиками на воротник. Он любил хмуриться, и между бровей была глубокая складка. Постоянной принадлежностью его лица была трубка. Маленький тик заключался в том, что он гладил себе переносицу согнутым указательным пальцем правой руки. Назло неизвестно кому он ходил в гольфах, носил крахмальный, высокий воротник, галстук типа «пластрон» и булавку в виде подковы, усыпанную синими камушками и бриллиантиками. Ботинки он чистил всегда и был очень опрятен – в отличие от А.И. Введенского, его друга, который всегда был в пуху или небрит, или недомыт по техническим причинам.

<...>
Даниил Иванович был очень суеверен. У него были на все приметы, дурные цифры, счастливые предзнаменования. Он выходил из трамвая, если на билете была цифра 6, или возвращался домой, встретив горбуна. Человек с веснушками означал удачу. Молоко на даче пил, только если были закрыты все окна и двери наглухо. Даже небольшие щели на балконе затыкал ватой. У нас в доме у всех близких друзей были свои чашки. Даниил Иванович пил только из так называемой «петровской» чашки, зеленой с золотом и крупными цветами. Однажды я вынула ее из шкафа, и она на глазах у всех прыгнула с блюдца на пол. Даниил Иванович немедленно ушел, мрачно сказав мне в прихожей: «Ужасная примета – это конец». Так оно и было...

<...>
...Одна черта Хармса меня изумляла – отсутствие храбрости. Он боялся моей собаки, доброй, умной, хорошей. Он никогда не приходил, не позвонив по телефону с предупреждением, что он выходит и просит запереть Хокусавну в ванной комнате. За дверью спрашивал – хорошо ли заперт пес? Просил проверить. Быстро проходил ко мне в комнату, бледнея, когда она лаяла. Может быть, его беспокоила ее величина? У него был мерзкий черный песик, клоп на паучьих ножках.
Несмотря на страхи, он мило относился к Хокусавне, всегда приносил ей подарки, более всего любил давать ей новые имена. Все началось с того, что мы дома стали звать ее почему-то Кинусей. Даниилу Ивановичу это очень не нравилось, он был просто возмущен. Он с пеной у рта уговаривал дать ей другое имя. Он принес с собой длинный список, на выбор. Мне многие понравились. Я не знала, как быть. Тут возникла мысль менять каждые три дня, или сколько кличка удержится. Первые дни ее звали – Мордильерка, потом Принцесса Брамбилла, потом Букавка, Холлидей и т. д. Она откликалась на все имена. Самое невероятное, что наша домработница, которая не могла выговорить ни нашей фамилии, ни слова «кооператив» или «пудинг», почему-то немедленно запоминала все прозвища Кинуси и с укоризной поправляла маму, которая путала и забывала все имена. Хармс просто ликовал и решил, что пора придумать имя посложнее «Бранденбургский концерт». Были вызваны Хокусай и Паша, и им сказано Даниилом Ивановичем по всей форме, что бывшее имя отменяется и что с понедельника – новое. Собака завиляла хвостом и, как всегда, без споров подчинилась. Паша повторила чисто без запинки два раза «Бранденбургский концерт».
– Хорошо, Даниил Иванович, придумали – такого поди ни у кого не встретишь – все Шарик да Пудик, да еще Жучка, как у нас в деревне.
На следующий день был выход утром под новым именем. Только что свернули они на Фонтанку, как встретили И. И. Соллертинского. Он поздоровался и позвал: «Хокусай, поди сюда». Паша его остановила и гордо сказала: «Сегодня они зовутся "Бранденбургский концерт"».
– Что? – остолбенел Соллертинский. – Кто же его так назвал?
– Это нам Даниил Иванович придумывают, да Алисе Ивановне на разрешение дают, а как они согласятся, так и называем...

Алиса Порет. Воспоминания о Данииле Хармсе

источник

Tuesday, November 28, 2017

меньше всего смерти боятся дети и подростки/ Frederica de Graaf - No one should die alone

Голландка Фредерика де Грааф больше 16 лет живет в России, где помогает пациентам Первого московского хосписа: как правило, неизлечимым онкологическим больным. До недавнего времени — как волонтер, бесплатно. Около трех лет назад она получила российское гражданство, отказавшись от европейского. По образованию филолог-славист, по профессии врач-акупунктурист, по призванию сестра милосердия. Встречу назначаем заранее, в хосписе, но по прибытии в приемный покой приходится немного подождать. «Простите, пациента не с кем было оставить». — «Как он?» Фредерика сдержанно улыбается: «Только что умер, присаживайтесь!»

— С кем вы только что были?
— Бабушка, родственников у нее нет, кто-то же должен с ней… Это очень важно, чтобы был кто-то рядом, нельзя, чтобы человек умирал в одиночестве…
Слух у человека сохраняется до конца. Но последнее, что теряется, — это тактильное чувство, поэтому я часто держу за руку. Конечно, я наблюдаю, есть ли боли, одышка, нужно ли помочить рот — все это важно... И я молча молюсь, чтобы Христос был с человеком рядом.

— Она вас видела? Или она была без сознания?
— Трудно сказать. Она смотрела на меня очень упорно, но уже расширенными зрачками. Это значит, что смерть была близко.

— То есть вы были до последней секунды с ней и при этом можете идти со мной по коридору, разговаривать...
— Сейчас я не даю воли чувствам. Мне кажется, во всем нужна собранность.

— Как вы вообще переносите повседневное столкновение с уходом людей?
— Дело не в том, чтобы присутствовать исключительно физически. А в том, чтобы быть с человеком. Умирать, когда рядом никого, — это обычно страшно, нужна человеческая поддержка. Иногда я вижу, как медсестры или даже родственник находятся здесь, но заняты чем-то в айфоне. Больному от этого только хуже. Потому что когда любимый человек, в котором ты нуждаешься, рядом, но не с тобой — это очень больно. Но я не знаю, как научить людей тому, что пребывать с тяжелобольным означает присутствовать здесь стопроцентно: не только физически, но и всей душой.

— И все-таки: как себя вести с человеком в его последние часы и дни?
— Ни в коем случае нельзя рассказывать ему небылицы: «Тебе станет лучше». Это фальшь. Человек же видит ваше лицо, он ясно понимает по вашим глазам, по голосу, что это не так. Эта ложь обрекает умирающего на невыносимое одиночество. Именно потому, что она является не чем иным, как отказом разделить с человеком его переживания, его страхи, отказом от того, чтобы быть с человеком там, где он действительно сейчас внутренне находится.

У нас умирал молодой, 25-летний, парень, но он как будто не знал, что умирает. И однажды он шепотом спросил меня: «Умираю ли я?» Не всегда можно говорить так прямо, но я ему ответила: «Да», — потому что он действительно хотел знать. Его брату — он был военным — был известен диагноз. И вот он просто был рядом с братом, все последние дни сидел с ним, поддерживал контакт взглядом, а это бывает очень редко. Он не позволял ему начать бояться, шутил: «Нет, давай дыши глубже, это не годится!» Поддерживал много часов подряд. Они оба знали, что он умирает, ничего не говоря об этом друг другу, но умирающий был окружен такой деятельной любовью брата... А мама уже не попадала в этот «волшебный круг», до самого конца ее слова «все будет хорошо» стояли между ними.

Не надо умирающему говорить: «Я понимаю, что ты чувствуешь». Нет, мы не понимаем, мы не на его месте, этой фразой мы обесцениваем его опыт, в этом случае мы не рядом, а над ним, и ему обидно, а человек, когда он серьезно болен, часто становится более чутким. Если не знаешь, что сказать, лучше промолчать или признаться честно: «Я не знаю, что говорить, но мне так больно знать, что ты уходишь, я люблю тебя, и нам обоим сейчас тяжело».

Всегда стоит давать выбор: «Хочешь, чтобы я посидел с тобой? Хочешь, чтобы я ушел?» Очень часто родственники становятся для больного отдельным источником страданий: «Попей водички, дай поправлю подушку». Постоянно хлопочут, пристают, суетятся.
Человек и так скован, он потерял контроль над собственным телом, если все время еще и стоять над душой, ты лишаешь его последней свободы. Свободы просто тихо побыть с самим собой. Для посетителей лучше посидеть не больше 15—20 минут, если вас не просят остаться.

— К вам в хоспис попадают и дети…
— Знаете, меньше всего смерти боятся именно дети и подростки. Был у нас такой Андрей, 15 лет. Рак крови. При встрече я спросила его: «Как ты смотришь на свой диагноз?» И он ответил: «Очень просто: я скоро умру». Но через несколько минут он произнес: «Но я не умру, как я могу оставить свою маму?» Многие дети больше всего стараются успокоить своих родных, они еще не так зациклены на себе, как взрослые, они еще умеют жить жертвенной любовью, и из-за этого, как ни странно, им легче умирать.

— Взрослому принять эту участь сложнее?
— Да. У Элизабет Кюблер-Росс (американского психолога, автора книги «О смерти и умирании». — Ред.) есть такая схема. Первая фаза принятия болезни — гнев, отрицание, человек пытается игнорировать сам ее факт. Вторая фаза — это «сделка»: «если я буду поступать так или этак, может быть, меня Бог или судьба простит, болезнь отступит». Как только становится ясно, что «торговаться» бессмысленно, наступает отчаяние. Появляются реактивная и «подготовительная» депрессии. Реактивная — это реакция на потерю. У человека были цели, планы, а тут он теряет практически все: самостоятельность, место в социуме, возможность сексуальной жизни и т.д. Позже наступает «подготовительная» депрессия, когда человек принял тот факт, что его конец близок и неотвратим. В этом состоянии, как правило, он не нуждается уже ни в долгих беседах, ни в искусственном веселье, он нуждается больше всего в тишине, ему нужно подготовиться. Внутренне он постепенно удаляется, и есть момент, когда он уже переступает определенную грань — куда мы еще не призваны.

— А родственники?
— Они переживают те же стадии. Им тоже бывает сложно принять диагноз, смириться с тем, что их ждет разлука с любимым человеком. Они тоже пытаются «торговаться», раздражаются, впадают в депрессию. У нас была одна девочка; ее мама никак не могла принять диагноз, она боялась разделить с дочерью боль и с какого-то момента просто стала относиться к ней так, как будто та уже умерла, она жила в будущем, где ее «похоронила». Эта мама все время повторяла что-то вроде «как же я теперь без тебя буду». Забывая, что ее дочь все еще с ней, вот она, лежит рядом. Конечно, девочке было от этого очень трудно и одиноко. Но стоит помнить, что часто родственникам, пожалуй, еще тяжелее, чем тем, кто умирает. Они беспомощны, им придется жить с этой предстоящей разлукой, с пустотой.

— В последние часы жизни родственники становятся особенно нужны?
— Родственники нужны, но не их навязчивая любовь, а взаимная, как это было раньше, в обычной жизни. Представьте, что вы сидите возле камина, молчите, может быть, читаете книгу, просто пребываете вместе.

— А как чувствуете себя вы?
— Глубоко переживаю и стараюсь облегчить страдание человека, пока он жив, сижу с ним или с ней… Но, когда человек умер, за него можно лишь молиться.

Отрывки; источник

Related Posts Plugin for WordPress, Blogger...